Через край. От Кондратенко до Кондратьева. Часть третья

Как Ткачев стал «сынком» батьки Кондрата, как воевали между собой «Кубанские новости» и «Краснодарские известия», а также зачем миллионеру из США в Краснодаре костюм подарили — в новой главе очерка Нины Шилоносовой «Через край. От Кондратенко до Кондратьева».

Другие города. Краснодар. Нина Шилоносова. Через край.

Кто реально управлял и управляет Кубанью, кто боролся за право быть первым, а кого вынес наверх случай, кто поставил политические рекорды, а кто вошел в историю под обидными кличками, — в материале об исполнительной власти региона в новейшей истории России и Краснодарского края.

 

…Убедительную победу — 82 процента голосов пришедших на выборы 22 декабря 1996 года — одержал первый заместитель гендиректора ОАО «Краснодарглавснаб»

Николай Игнатович Кондратенко

 

В должность новый глава администрации Кубани торжественно вступил на сессии Законодательного собрания. Произошло это 5 января 1997 года.

В сценарий инаугурации братьями Громовыми, атаманом ВКВ Владимиром и вице-спикером ЗСК Василием, был привнесен оригинальный элемент. Кондратенко принимал присягу не только на Уставе края —  перед недавним коммунистом также лежало двухсотлетнее Евангелие, которое когда-то принадлежало последнему кошевому атаману Запорожской Сечи.

В своей речи Николай Игнатович, как всегда страстно, обозначил свое видение ситуации: «Мы должны понять, что висим над пропастью…  С одной стороны, узы коррупции, засасывающие управленческие структуры, с другой, — останавливающиеся фабрики и заводы, разрушающийся продовольственный сектор, уничтожающийся животноводческий комплекс, давно катящийся по касательной. Еще на один порядок вниз — и нам не подняться, не выбраться».

На следующий день в «Кубанских новостях» вышел репортаж главного редактора Петра Придиуса под названием «Звездный час и тяжкий крест Николая Кондратенко».

«Звездным» считали момент соратники и почитатели Батьки. Несмотря на то, что после отставки и унижений в 1991 году, политический колосс не рухнул и избирался в Совет Федерации, возвращение к управлению краем воспринималось как высшая справедливость.  Почему «тяжкий крест», было понятно каждому, кто хоть что-то понимал в экономике.

Говорят, что Кондратенко частенько сравнивал себя с председателем колхоза. В том, что он по-настоящему любил Кубань, родную землю, и относился к ней, как Хозяин, не сомневались даже его враги.

Родился Николай Игнатович Кондратенко в 1940 году в станице Пластуновской Пластуновского района (Динским он стал называться в мае 61-го). Родители обыкновенные сельские труженики, крестьяне, из казаков (но в ту пору афишировать такое происхождение было нельзя).  Отца он не помнил — тот погиб в Великую Отечественную, защищая Керчь. В школе учился, можно сказать, хорошо. Но в аттестате была одна «тройка» по русскому языку, остальные — «пятерки» и «четверки». Получив среднее образование, пошел работать в колхоз «Красная Звезда», прицепщиком в бригаду. Затем по направлению коллектива поступил в Краснодарский сельскохозяйственный институт. После первого курса — армия. В 66-м вернулся в станицу уже дипломированным агрономом. Быстро стал заместителем председателя колхоза. А затем низовая партийная работа – райком, крайком. Был первым секретарем Динского РК КПСС. Окончил Высшую партийную школу в Ростове-на-Дону. Два года возглавлял Северо-Кавказское объединение сахарной промышленности. И снова Краснодарский краевой комитет партии, но уже рангом выше: завотделом сельского хозяйства, второй секретарь. С 1987 по 1990 год — председатель исполкома Краснодарского краевого Совета народных депутатов.

В этот период Кондратенко был избран народным депутатом СССР. Перестройка была в разгаре, согласно горбачевским реформам, избирались депутаты и от общественных организаций. Так, Академию наук среди других представлял недавно возвращенный из ссылки диссидент, физик-ядерщик Андрей Сахаров. Надо сказать, что первый съезд народных депутатов СССР в мае 1989 г. транслировался в прямом эфире Центрального телевидения, и смотреть его было крайне интересно, почти как первый «мыльный» сериал «Рабыня Изаура», такие страсти там кипели. Именно оттуда в политический лексикон попало выражение «агрессивно-послушное большинство» — так оппозиция называла коммунистов-горбачевцев.

Николай Кондратенко, хоть и не выступал на том съезде, к «послушным» точно не относился. Ни тогда, ни потом. Чуть ли не первым из крупных советских руководителей стал публично говорить о «сионистской угрозе» (в апреле 1991-го на сессии краевого совета депутатов). На самом деле, сегодня, когда за перепост в соцсетях можно получить срок, стоит только удивляться, что за свои националистические речи он ни разу не был наказан, хотя этого требовали от прокуратуры не раз.

А вот за взвешенную оценку ситуации в августе 1991-го Кондратенко — уже председатель Краснодарского краевого Совета, «второе лицо в крае», поплатился. Формально не поддерживая ГКЧП, но и не присягая Ельцину, кубанская власть призвала население к спокойствию. Больших усилий стоило закрыть через год возбужденное против него и Н.И. Горового уголовное дело «за измену Родине».

Но, пожалуй, более унизительным, чем допросы у следователя, были ситуации, связанные с переменой участи. Хорошие знакомые отворачивались и переходили на другую сторону бульвара, лишь бы не встретиться с опальным лидером лицом к лицу.


Начало — «Через край. От Кондратенко до Кондратьева. Часть первая»
Предыдущая часть — «Через край. От Кондратенко до Кондратьева. Часть вторая»

Авторские права на все опубликованные материалы принадлежат редакции портала "Другие города". При их использовании ссылка на источник обязательна (для интернет-сайтов – активной не закрытой от индексации гиперссылкой): "источник информации – портал Другие города. Краснодар"