Через край. От Кондратенко до Кондратьева. Часть четвертая (окончание)

Писать о Ткачеве-губернаторе очень сложно. Потому что он был очень долго. Потому что он ушел совсем недавно. Отстраненным быть трудно, потому что мы – современники, со-участники. У кого-то к нему есть личная претензия, а у кого-то, может, и повод для гордости. Поем же: «мы живем в лучшем крае, солнечном рае».
Скоро выборы, и этот отсвет дает иную оптику. Начинаешь задумываться, кто из наших правителей государственный муж, думающий о потомках, а кто чистой воды политик, пиаровски просчитывающий перспективы очередного голосования…

Другие города. Краснодар. Нина Шилоносова. Через край.

650 млн рублей выделялось из бюджета края, чтобы новые дружинники в «кубанках» на голове и с зарплатой в кармане помогали полиции. Причем, «то, что нельзя вам — казаку можно. В определенной степени, на бытовом уровне, на подсознательном, на понятийном», — объяснял силовикам губернатор. Речь шла о «незаконной миграции» в край и «выдавливании кавказцев», и получалось, что у Ткачева есть разные виды граждан России.

На самом деле, с первого года управления краем бывший председатель комитета Госдумы по делам национальностей, позволял себе подобные высказывания.

Это и «Кубань — для кубанцев» (2001 г.), это и вывод: «определять законный мигрант или незаконный, можно по фамилии, точнее по её окончанию. Фамилии, оканчивающиеся на „ян“, „дзе“, „швили“, „оглы“, незаконные, так же как и их носители» (2002г.).

Международный резонанс получила и история с выселением турок-месхетинцев. Началась она еще при советской власти, в край тысячи людей бежали от погромов из Узбекистана. Их приняли, но статус никак не оформляли. Без паспортов и прописки они жили годами. Любой проступок ставился в вину всей нации, казаки разбирались просто, без суда: выгоняли семьи из дома. Найти решение их проблем пытался новороссийский правозащитник Вадим Карастелев и его НКО «Школа мира». Летом 2004 года в край приехал Комиссар Совета Европы по правам человека Альваро Хиль Роблес. Позже в своем докладе этот очень интеллигентный человек (я была на двух встречах с ним в Краснодаре) констатировал, что “власти края замкнулись в своей лжи, заняли откровенно ксенофобскую позицию и отказываются идти на какие-то разумные шаги”. … “Я был шокирован поведением некоторых краевых СМИ, которые подвергли цензуре мои призывы к решению этой острой проблемы. Кстати, нигде больше в России слова комиссара не были таким образом подвергнуты цензуре, что напоминает прошедшую эпоху. В этой связи я хотел бы также приветствовать мужество краевых НПО, которые защищают права турок-месхетинцев, несмотря на яростное сопротивление властей и СМИ”.

Через три года около 10 тысяч турок-месхетинцев с Кубани переехали жить в США по специальной программе. И ООН признала этот исход как пример единственной массовой этнически мотивированной эмиграции из России. В феврале 2011-го в эфире Первого канала в программе «Познер» Александр Ткачев отозвался о турках нелицеприятно, но назвал свои давние высказывания про фамилии популистскими, отрицал, что он расист (в тот же вечер случился и конфуз с незнанием французского писателя Марселя Пруста).

Ученые–этнологи оценивают Краснодарский край как «витрину российской национальной политики», а политологи предполагают, что Кубань часто использовали в качестве тестовой площадки для инициатив Кремля.

В начале 2005-го Ткачев заговорил о соединении Краснодарского   края   и Республики Адыгея в один регион: «Тенденция укрупнения территорий — это реальность современной российской политики». Масла в огонь подлил главный федеральный инспектор Анатолий Одейчук: «Я прямо и откровенно скажу: если здесь (на Кубани) и себе, и людям, то там (в Адыгее) — ни себе, ни людям…»

Президент Хазрет Совмен заявил, что пересмотр границ «представляется историческим регрессом и серьезной политической ошибкой, Адыгея должна развиваться как самостоятельный субъект в тесном сотрудничестве с другими субъектами».

Можно представить возмущение Хазрета Меджидовича, ведь он так старался быть добрым соседом. На Дне Урожая в 2002-м на Краснодарском ипподроме он поздравил хлеборобов с замечательным урожаем и подарил от себя лично слиток золота — 11 кг.

 

Жатва

Славу Кубани как «житницы России» Ткачев поддержал и развил. Урожаи почти каждый год были «рекордными». Не было уже никаких ограничений по вывозу зерна за пределы края, более того, Новороссийский порт не успевал вести погрузку на экспорт, а дороги к нему зерновозами ушатывались так, будто это лесная грунтовка после дождя.

Однако специалисты утверждали, что край погнался за количеством, а не за качеством. Значительно увеличились посевные площади, а ценной пшеницы стало значительно меньше, чуть ли не в три раза — по сравнению с советскими временами. Хлеб заводы стали выпускать не ГОСТу, а по Техусловиям — с большой долей в муке низкоклассной пшеницы.

И, тем не менее, производство зерновых культур за годы правления Ткачева выросло почти в два раза, при этом урожайность достигла — 53,8 ц/га в 2014 году и 58,4 ц/га в 2015-м.  Этому способствовали и высокоэффективные зарубежные комбайны. Их в крае закупали, в основном, через представительство ООО «Мировая техника», которое основал в Саратове гражданин США Роберт Краттли. Руководит компанией сейчас его сын Кирилл, женившийся на племяннице губернатора Анастасии.


Начало — «Через край. От Кондратенко до Кондратьева. Часть первая»
Предыдущая часть — «Через край. От Кондратенко до Кондратьева. Часть вторая»
Предыдущая часть — «Через край. От Кондратенко до Кондратьева. Часть третья»
Предыдущая часть — «Через край. От Кондратенко до Кондратьева. Часть четвертая (начало)»

Авторские права на все опубликованные материалы принадлежат редакции портала "Другие города". При их использовании ссылка на источник обязательна (для интернет-сайтов – активной не закрытой от индексации гиперссылкой): "источник информации – портал Другие города. Краснодар"