Среда Светланы Лаврентьевой. Евгений Руденко

Совершенно не стоит спорить и настаивать на своей точке зрения. Если оппонент после нескольких комментариев не понимает, лучше прекратить дискуссию или вообще перестать читать друг друга, потому что у него в голове своя картина мира, его интересуют другие новости.

Другие города. Среда Светланы Лаврентьевой. Евгений Руденко

Где Вы родились?

— Я родился в Ейске, но с 4х лет живу в Краснодаре, с 1961-го года. Ейска почти не помню.

Как пришла идея создать свой бизнес? Тяжело ли было это сделать в Краснодаре?

— Многим бывает трудно решиться уйти в свой бизнес, но мне в какой-то степени с этим повезло, хотя и пришлось потратить немало сил и терпения. Понимание того, что нужен свой бизнес, пришло как бы «со стороны». Я не был доволен работой на чужом предприятии. Три года после окончания университета — с 1979 года — я работал по специальности математиком, мы занимались разработкой АСУ для Оренбурггаздобычи, много ездили в командировки. Хотя большинство наших разработок выполнялось на совесть, в какой-то момент я стал понимать: все, что мы делаем, заказчику не нужно — они ничего не будут использовать, это имитация деятельности. Газовики от нас отмахивались: «Опять краснодарцы приехали, надо тратить время, что-то им рассказывать, показывать». Денег у газовиков было много, и по приказу из министерства они их тратили на нас легко, не нуждаясь в наших автоматизированных системах. Мне было скучно работать без результата, на мусорную корзину. В Союзе очень многие инженеры, целые НИИ и КБ работали впустую по принципу: «если государство считает, что платит нам зарплату, пусть также считает, что мы работаем».

Через три года меня позвали работать в комсомол, я показался партийным боссам грамотным и перспективным. Меня приняли в партию, что для будущей карьеры в СССР было необходимо, и я два года работал вторым секретарем райкома комсомола. Там тоже, в общем, было очень много ненужной работы — для галочки, для отчета, для начальства. К тому же, меня сильно угнетал костюм и галстук, которые нужно было носить. Оттуда меня на два года призвали в армию на Дальний Восток, где бестолковщины оказалось не меньше, поэтому сама служба мне тоже не понравилась по многим причинам. Я служил офицером, и семья была со мной. Мы жили в закрытом военном поселке на берегу величественного Тихого океана, искали в сопках багульник и грибы, ходили на рыбалку, объедались крабами, палтусом и красной икрой — незабываемые впечатления. Когда вернулся в Краснодар, специальность уже фактически потерял, появились мини-ЭВМ, я стал заново учиться программировать. И вот здесь уже через год мне по-настоящему повезло.

Директор НПО «Нефтегеофизприбор», где я к тому времени работал старшим инженером, поставил меня начальником нового конструкторского отдела САПР и позволил экспериментировать. Я внедрил сдельную оплату труда, сам разработал нормативы работы конструкторов, написал программку, рассчитывающую сложность трассировки многослойных печатных плат и гибридных интегральных схем. Такого нигде не было — инженеры всегда и везде работали на окладе, а наши стали получать от выработки. Мне удалось переманить к нам на работу классных специалистов, потом перетянул работать на системе Cad/Cam своих конструкторов, и вскоре у нас собрались лучшие кадры. Специалисты с заводов ЗИП, РИП, «Каскад» просились ко мне на работу, потому что здесь впервые инженерам платили за труд. Работать конструкторов никто не заставлял, за распорядком дня не следил, они сами сидели там днями и ночами, потому что получили возможность зарабатывать 500-700 рублей в месяц, в то время, как на любом другом предприятии могли, в лучшем случае, получать 200-230. За 10 лет моей работы это было первое живое дело, принесшее результат — наш отдел превратился из узкого места НПО в самое «широкое».

А потом у нас стали возникать трения с директором, который постоянно дергал сотрудников — то в колхоз на уборку овощей, то на стройку. Я с ним спорил, говорил: «Посмотрите, сколько мы сделали, нам со всех окружающих заводов приносят заказы, мы зарабатываем деньги для всего предприятия, у нас самые классные спецы, а вы заставляете их подметать и таскать мусор на стройке. Оставьте нас в покое». А еще в 1989 году я предлагал ему создавать при предприятии кооперативы, которые тогда только начались — чтобы люди не уходили, а могли арендовать нашу технику и были привязаны к предприятию — работали бы на него и на себя. Но директор решил, что это ему не нужно, он на это не пойдет никогда. Я его предостерегал, говорил, что вышел закон, по которому коллективы будут выбирать руководителя. «Я создал это объединение и меня еще избирать будут?! Не бывать такому!». Однажды мы с ним окончательно разругались, он сказал: «Не нравится — уходи, пиши заявление». В общем, я уволился, а через пару лет трудовой коллектив его переизбрал. Но я ему очень благодарен, он многому меня научил и убедил после армии вернуться к специальности, а не идти дорогой всех ее потерявших — во власть и контролирующие органы, куда меня звали.

Я оказался «на вольных хлебах» и вдруг понял: где бы я ни работал, мне всюду не нравилось, что приходится заниматься бессмысленной, ненужной или рутинной работой. Я могу заниматься только живым делом, где нужно анализировать, улучшать, подбирать специалистов и создавать команду единомышленников, но самое главное — видеть нужный людям результат своей работы. Тогда я и решил не искать новую работу, а стать себе начальником. Мы с друзьями зарегистрировали один из первых в Краснодаре программистских кооперативов «Микросистемы», я был его председателем. В основном, наши ребята писали на заказ отдельные программы для системы управления производством, а моя группа из 3 человек совместно с технологами завода Седина — собственную новаторскую систему САПР мехобработки деталей. Для нас тогда был счастливый период творчества. Мы упивались свободой от всякого руководства и производственной дисциплины, работали взахлеб сутками, хотя и сидели порой без копейки денег. Зарабатывали между делом мелкими заказами, обучением, продажей компьютеров, ксероксов и факсов. Направлений работы было много — глаза разбегались.

В какой-то момент пришло понимание, что мы много времени и сил тратим на споры, выбор стратегии, не развиваемся и часто мешаем друг другу. Да и кризис 1992 года разогнал всех наших клиентов — крупные предприятия стали чахнуть, разваливаться и закрываться. Мы с друзьями по-доброму разделились, каждый стал работать сам по себе. Это всем помогло — и друзья мои успешны, и я со временем смог заниматься, чем и как хотел. Я никогда не стремился стать самым крупным в своей сфере, помня о пословице «счастлив не тот, у кого больше денег, а тот, кому достаточно». Мне хватает того, что имею.

Авторские права на все опубликованные материалы принадлежат редакции портала "Другие города". При их использовании ссылка на источник обязательна (для интернет-сайтов – активной не закрытой от индексации гиперссылкой): "источник информации – портал Другие города. Краснодар"